Как ёжик в тумане за справкой ходил

Крым — Тхачи, 2016

Как ёжик в тумане за справкой ходил

Записки дилетанта

 

 

Краткое содержание.

Ещё в начале весны я наткнулся на объявление на сайте турклуба МГУ, приглашающее в пеший поход по Кавказу. Я давно не ходил в походы с группой, и решил исправить это. Написал, договорился, сходил несколько раз на подготовительные встречи и ПВД.

В одном из этих походов выходного дня я познакомился с девушкой по имени Волч. Слово за слово мы с ней решили перед походом съездить автостопом в Крым. И съездили. Поговорили с интересными, не очень интересными и просто странными водителями, утопили палатку в море, погуляли по пляжу с мёртвыми дельфинами, прошли за пару дней небольшой горный маршрутик, переночевали в средневековом домике, выдолбленном в скале, полазили по разбросанным костям средневековых же разграбленных склепов, полюбовались на политагитацию города Севастополя. Потом Волч поехал на каком-то удивительном двухэтажном поезде в семейную прогулку по воронежской области, а я отправился на Кавказ.

На Кавказе был дождь и туман. Ну, то есть их не было в день отъезда, и ещё один сухой день был где-то в середине. Но мы отважно шли по запланированному треку, потому что это ведь спортивный поход, в него ради справки о прохождении маршрута 1к.с. шли, а не ради удовольствия! Апогеем похода была радиалка на гору Хацавита — мы потратили на подъём и спуск час, под рюкзаками, в густом тумане, под дождём с градом — потому, что она была на нашем треке (ради красивых видов, скрытых от нас туманом, надо понимать), и обойди мы её — были бы проблемы с получением справки. И даже фотографии делались не со словами «Как красиво! Как интересно! Никогда такого не видел!», а с уточнением вроде «Это нужно сфотографировать, чтобы вставить в отчёт документальное подтверждение трека». Вот. Поход прошёл примерно в этом стиле, доказав мне, что со спортивными туристами хорошо ходить в ПВД (ноги размять — самое то!), неплохо — в какие-нибудь особенно недоступные места (если бы Вася не гнал нас по Камчатке в любую погоду, фиг бы мы за такое время и такие деньги осмотрели такое количество разных вулканов), но умеренно длинные и сравнительно удобные для поездок маршруты лучше проходить менее официозным способом — как говорят спортсмены, матрасно.

Когда в GPS руководителя оказался нужный для отчёта трек и главная цель похода, соответственно, была выполнена, мы смогли заняться более интересными вещами. Так что в последние два дня мы дважды залезли под землю — сначала в пещеру Южный Слон, осмотреть сталактиты, подземные ручьи и огромные залы, потом в безымянные заброшенные штольни с выступающими по стенам синими кристаллами солей меди.

А, да, ещё я за эти три недели успел трижды побывать в Краснодаре — два раза заходил в гости к NTFS-у, один раз ночевал у дверей его офиса, в котором оставил на сохранение вещи. В общем, поездка удалась.

Где-то посреди спортивной части похода я попытался просушить промокший дневник над огнём, и сжёг его. Часть текста удалось восстановить, но куски получились короткими и невнятными, что негативно сказалось на качестве отчёта.

 

19 апреля.

Вышли на трассу. Быстро поймали машину какого-то хозяина жизни: дорогая иномарка, рассказы о знакомых замминистрах и о крякалке с мигалкой в багажнике, и всё такое. Правда, при этом водитель искал способ проехать под шлагбаумом, сэкономив несколько сотен рублей на платных дорогах, так что, возможно, он не так крут, как пытался показать. Машина шла на хорошей скорости, и уже к ночи мы должны были оказаться в Краснодаре.

С утра у водителя было хорошее настроение, но потом он погрустнел — насколько я понял, у него возникли какие-то проблемы с людьми, к которым он ехал; потом в кафе на обед водитель выпил пару рюмок водки, и помрачнел окончательно. Закончилось всё тем, что часам к десяти вечера мы остановились на заправке, он вставил пистолет в бак и пошёл оплачивать. Вернулся, увидел, что бензин пролился (пистолеты автоматически начинают лить бензин? Не знаю, не разбираюсь), разозлился, сказал, что за этим должен был следить я, непонятно, как Волч терпит такого раздолбая, и чтобы мы выметались отсюда. С одной стороны, оно и к лучшему — мы должны были оказаться в Краснодаре глубокой ночью, и не было понятно, удастся ли уговорить водителя высадить нас за пределами города. С другой, мне было больно и обидно из-за провала социализационного взаимодействия, :-).

Отошли от заправки, разбили палатку на границе поля, легли спать. Волч предложил лайфхак: если не пытаться забуриться глубоко в лес, а поставить палатку прямо у просёлка, будет проще. Сработало!

20 апреля.

К вечеру на перекладных доехали до Краснодара (самое смешное — что последняя попутка ехала сразу в Крым, так что мы могли бы попасть туда уже сегодня — но тогда пришлось бы пропустить Краснодар). Интереснее всего было ехать с гражданином Армавира: он рассказывал, что у него есть собственный кондитерский цех — как и у многих других жителей Армавира: кондитерские изделия тяжело производить большими партиями, поэтому кондитеров медленнее вытесняют крупные корпорации, а все, кого корпорации вытеснили из других сфер бизнеса, идут в кондитеры. А вообще он многогранен: например, эта фура принадлежит ему, и он зарабатывает не только на своём цеху, но и как дальнобойщик. И частных дальнобойщиков крупные фирмы тоже постепенно прижимают, за последние 6 лет условия стали намного хуже, а оплата перевозки не выросла, несмотря на инфляцию и рост цены бензина.

А ещё он вёл здоровенную американскую фуру — Волч как раз сегодня говорил, что мечтает на такой покататься.

К вечеру добрались до НТФСа, поговорили за жизнь, я ему подарил бутылку спирта, крашенного под коньяк, и сгрузил у него в офисе вещи, которые мне не понадобятся в Крыму — чтобы забрать их , когда вернусь из Крыма и поеду в спортивный поход.

21 апреля.

Поехали в сторону Крыма. Я предложил показать местонахождение Синяя Балка, так что мы высадились под Таманью и полезли смотреть на кости. Кости, правда, Волч не особо впечатлили.

Мы купили мороженные куриные грудки, которые я планировал запечь в глине в земляной печи. Нде. В общем, замороженные грудки тяжело оттаивать и запекать на огне под начинающимся дождём. Но съесть — съели.

Потом мы залезли в палатку, сели было почитать перед сном — но вдруг оказалось, что море разыгралось, и волны уже плещутся под палаткой. Выскочили наружу, по колено в воде вытащили вещи и саму палатку с песчаного пляжа на покрытой травой пригорок, а потом в темноте тащили по косогору наверх, на открытое ураганному ветру плато. Во второй раз легли спать час спустя, согласившись, что мы — раздолбаи, но это было хорошее приключение.

22 апреля.

Наконец, добрались до крымского парома; застопили местного жителя, которого обрадовало присоединение Крыма: благодаря нему он смог отдать сына в близлежащий симферопольский ВУЗ, а не в далёкий ростовский; вышло дешевле, ехать ближе, качество обучения то же, и тот же диплом российского образца.

В Керчи сели на автобус в Феодосию, высадились у поворота на Южное; поворот снова выбрал не правильный, так что добираться до Южного пришлось пешком, дошли только к вечеру. Немного погуляли по пляжу, нашли пару азовок — но вообще дельфинов мало; возможно, их действительно позже выкидывает. Но я себе, всё же, взял приличную голову, а Волч оценил пляж.

23 апреля.

Из Южного уехали стопом — подобрал ростовчанин, приехавший тут поработать на стройке. Вообще, строятся тут сейчас активно, а на дорогах тут и там идут ремонтные работы. Доехали до Феодосии, потом до Симферополя, поели там замечательную пиццу за 120 рублей, решили, что в Баклу ехать уже поздно, отправились на Ангарский перевал, отошли от дороги на километр, забрались на какую-то горку и пошли смотреть на закат и спать.

24 апреля.

Весь день шли по горам. Точнее, сначала спустились через буковый лес вниз, прошли жаркой долиной по автодорогам, потом разобрались, по какой туристической тропе предлагалось идти в путеводителе, ударно забрались на эту тропу, и пошли по ней. Туристов многовато, потому что воскресенье. А так всё здорово, вскарабкались на Южную Демерджи, полюбовались на виды на побережье южного Крыма и Хапхальского ущелья, на ячеистые эоловые образования, на горы, и всё такое. К вечеру вышли на плато (яйлу) и за час сделали половину пути остального дня.

25 апреля.

С утра шёл противный мелкий дождь, бесстрашный Волч до полудня уговаривал меня вылезти под него из палатки. Потом дошли до конца яйлы, спустились к деревне Генеральское, выяснили, что автобус будет завтра, а сейчас есть только шанс договориться с водителем «детского автобуса», который через пару часов будет развозить детей из детского сада. Часок подождали, потом погода улучшилась, и мы пошли ловить машину на дорогу из Генеральского: получалось, что у нас есть шанс добраться в Симферополь сегодня же — но только если машину удастся застопить ещё до приезда «детского автобуса».

Застопили. Добрались. Волч, привыкший к приличной жизни, стал искать хостел, нашёл отель, примерно за те же деньги. Ура.

26 апреля.

Несмотря на все угрозы метеорологов, погода отличная. С утра уехали в Баклу, весь день лазили и всё такое, я ещё выламывал из песчаника древние ракушки. Вечером выбрали пещеру поцелее, и разбили лагерь в ней.

27 апреля.

Утром опять шёл дождь, и опять я не хотел вылезать под него. А бесстрашный Волч, соответственно, опять уговаривал вылезти.

Ну, деваться некуда, вылезли, промокли, добрались до Севастополя. А там — сухо!

Так что сняли на день комнатку и пошли гулять по городу. Меня порадовала севастопольская набережная: на ней был гранитный концентратор волн, превращавший лёгкую прибрежную рябь в двухметровые валы.


Схема концентратора волн.

А ещё мы дошли до Старого Кладбища, в дворике около которого пристроилось связанные с похоронным бизнесом агентства: бюро ритуальных услуг, продавцы памятников и пенсионный фонд.

28 апреля.

Утром ещё немного погуляли по Севастополю, и поехали в Керчь. До Алушты добрались автостопом — нас подобрали профессиональные руководители коммерческих походов, рассказавшие немного интересных технических деталей — как составляется меню (так же, как в обычный поход — личные предпочтения участников мало влияют), как нужно подстраиваться под психологию участников (самым слабым объяснять, что маршрут максимально упрощён, самым сильным — что пройти его удалось только благодаря ним) и что-то ещё по мелочам. От Алушты до Ялты доехали на троллейбусе — решение, конечно, странное, но Волч любит троллейбусы.

От Ялты до Рыбачьего ехали на маршрутке; рядом с нами ехал мужик лет пятидесяти, который сказал, что он молод душой, поэтому мы никогда не угадаем, сколько ему лет — а ему, на самом деле, пятьдесят три. Не пролететь бы так же со своей вечной молодостью, :-/. Как бы то ни было, рассказал нам немного о себе, покормил сухариками, сыграл на гитаре. Волчу ещё и на флейте дал поиграть, с каким-то глубоким внутренним смыслом — они вообще друг другу понравились.

Половину оставшегося пути нас бесплатно провёз молчаливый таксист; к слову, виды там замечательные. Потом подобрал типа дальнобойщик — парень на грузовике, решивший впервые в жизни съездить на море, взявший груз в своём родном городе (Тюмени? Не помню, что-то в этом роде), доставивший его в Крым, а теперь выяснявший, что тут можно посмотреть и где бы найти груз, который нужно доставить в обратном направлении. Довёз нас до Керчи, разбили палатку недалеко от города.

29 апреля.

Добрались до парома, потом полдня ползли в Краснодар на тормознутом автобусе.

В Краснодаре Волч сел на особый двухэтажный поезд, на котором хотел попробовать покататься в Москву, а я уехал в Декатлон. Нда. Опять я забыл про эту замечательную особенность Краснодара — поездка из центра города на окраину и обратно заняла у меня около шести часов. Что ещё хуже, оказалось, ночью коридор, в котором находится офис НТФСа, закрывается. Поэтому ночевал я в углу двора, завернувшись в спальник.

30 апреля.

Около шести утра коридор открыли, я срочно помылся, перепаковал рюкзак и на такси уехал к группе. Опоздал изрядно, да ещё и не выспался.

Приехали на точку высадки. Основное ощущение от поездки: «УАЗ — хорошая машина».

Идём вверх. Александр — ответственный руководитель и борец с индивидуализмом.

1 мая.

В 6 утра — подъём, до 12 ждали, пока закончится дождь со снегом (наивные!), а Саша пытался вылечить ОРЗ Полины. Олеся на гитаре играла, я читал.

Дальше шли — туман, дождь, снежники, скользко... Через пару месяцев всё станет приличнее, но пока тропы похожи на болото из жидкой грязи, идём параллельно им, по траве. Дошли до следующей точки, сели ужинать.


Эта штука выглядит как куча угловатого щебня, чем-то сцементированного, но, на самом деле, это один выветренный кусок известняка.

Днём проходили мимо вершины Большого Тхача, но вверх не полезли, там слишком опасно в туман. Завтра будет Малый Тхач — его мы тоже пройдём мимо, потому что по такому снегу залезть шансов нет.


Вечером был ручей с жёлтыми цветочками.

2 мая.

Утром Олеся бегала по лагерю и скандалила, что надо быстрее собираться, а то медленнее будет — и вообще, что это за поход, если люди не задёрганные? Днём оказалось, что Аня болеет и с трудом идёт. Вокруг толпы людей, в Крыму было меньше. Саша, правда, обещает, что дальше станет лучше.

У какой-то из встречных групп отжал таблетки для Ани. Потом, уже в Москве, выяснил, что это был очередное неспецифическое обезболивающее.

Днём выглянуло солнышко, что-то даже подсушить успели. И срезали ещё одну радиалку, потому что времени нет, а скала — в тумане.

Залезли на хребет, по которому планировали идти. Посмотрели на клубящийся на вершине туман. Слезли обратно вниз. Пошли через лес кручёных, как на севере, сосен.


Набирали воду в ручье, проточившем ложе в сплошном известняке.

У нас группа людей с особой судьбой, :-).
Олеся — вылетела с III курса географического факультета, не получив зачёт по ин.язу, теперь хочет идти на геологический.
Виталий — получал II-III дипломы на всероссийской олимпиаде по биологии, его даже продвигали на международную. Поступил на ВМК — потому что на БиБи слишком узкоспециализированная математика. Теперь радуется, что не должен ни с кем соревноваться.
Альгис — сначала пошёл на радиоинженера, потом пошёл на гуманитария, потом пошёл в походы, понял, что учиться, работать и тренироваться одновременно не получается; вычеркнул учёбу.
Саша — пару лет учился на ВМК, потом перешёл на геофак — по этому направлению теперь и работает.
Ну и я ещё, со своими заморочками — итого половина группы.

3 мая.

Солнышко!


Утром на земле была изморозь, она растаяла и высохла через полчаса, когда лагерь вышел из тени горы.
На фото: в тени ещё изморозь, под солнцем — светло и сухо.

Весь день было тепло, даже почти жарко.

Лужи заполнены икрой лягушек и жаб, в них сидят крупные тритоны.

Днём казалось, что было несложно — но из-за большого километража к вечеру мы вымотались. А ещё, что хуже, в конце дня, когда мы подустали, у нас был жуткий спуск по крутой каменистой тропе. И прошли мы его чуть ли не бегом. В результате, я сбил колени, и до конца похода с трудом ходил.


Ставим палатку на раскисшей земле: чтобы не испачкать дно, выложили грязь слоем лопухов.

4 мая.


Местный памятник архитектуры, «Турецкий мост», ещё в XVIII веке, на куриных яйцах, бла-бла-бла.

Весь день дождь льёт, а мы идём. Завернули посмотреть на водопады, больную Аню сдали встречным туристам и отправили в Москву.


Подвесной мост — вблизи он выглядит хуже, чем вдали — доски гнилые, и всё время кажется, что провалятся под ногами.

Идти в таком режиме, сквозь дождь и туман, с промокшими вещами, которые негде просушить, по раскисшей земле, не особо приятно. И вдвойне неприятно так идти не по дикому краю, а по дороге сквозь населённые пункты, как сегодня.


Просто красивый закат.

5 мая.

Опять дождь, опять идём. Именно сегодня был тот самый подъём на гору Хацавита, о котором я говорил во введении: мы под дождём с градом потратили час на подъём и спуск под рюкзаками, чтобы десять минут передохнуть в плотном тумане на скамеечке рядом с геодезической вышкой.

Вечером как раз этого часа нам не хватило на то, чтобы дойти до планируемой конечной точки в светлое время суток; моё предложение засветло встать у дороги, обойдясь имеющимся у нас литром воды на человека, или взяв воду из ближайшей лужи, с негодованием отвергли, меня обозвали биологом, и пошли под дождём, при свете фонариков, штурмовать траверсами снежники на теряющихся в темноте крутых склонах.

Правда, в конце дня мы получили внеплановый приз: оказалось, что объекты, отмеченные на карте как «фургончики» — это домики с егерями. Которые пустили нас в тепло. И весь вечер группа блаженно млела, обсыхая и согреваясь до температуры человеческого тела.

Егеря, кстати, устроены неплохо: у них есть печка, есть водопровод (тут горы, и для хорошего напора воды достаточно проложить трубу из ближайшего ручья в нескольких метрах выше), электричество.

6 мая.


Брутальные доски, вырезанные бензопилой из цельного бревна.


Лошааадка!

Идём дальше. Штурмовали главный перевал нашего похода, чуть ли не по колено в снегу. За перевалом — штормовой ветер.

Дальше — постепенно спускаемся вниз, теплеет, лагерь разбили в достаточно приличном месте. Встали «Тандемом» — две палатки рядом, и тент между ними.

7 мая.

И хорошо, что встали «тандемом» — за ночь выпал толстый слой снега, и без тента дежурные бы замучались готовить еду.

К середине дня спустились до уровня лесов. Тут спортивная часть почти закончилась, и можно было заняться чем-нибудь интересным. Мы вот полезли в пещеру Южный Слон.

Мы туда планировали заглянуть на полчаса, но застряли часа на три, и ещё не всё успели осмотреть.

В общем, там здорово! Там сталактиты, сталагмиты, подземные ручьи, натёки на стенах, соединённые шкуродёрами высокие залы, спуск с поверхности под землю на десяток метров по верёвочной лестнице и вообще всё, что должно быть в Настоящей Пещере!


Вход в пещеру. Облагорожен. Каски валялись рядом.


Сталактиты.


Вход в маленький гротик с озерцом.


Большая часть сталактитов обломана туристами, на сколах видно, что у сталактита есть грязно-серая корка и тело из полупрозрачного концентрически-полосатого кальцита.


А это уже сталагмит. Толстый, грибовидный, такой чёрт-с-два обломаешь --- потому и цел до сих пор.


Пупырчатые наросты на потолке.

8 мая.

Сегодня — последний день похода. Спускаемся вниз, проходим через россыпь брахиоподов. Я, увы, себе ни одного не нашёл.

Прошли две переправы — предполагалось, что вода будут чуть ли не по пояс, а оказалось, ниже колена. Поэтому мы переходили их прямо в ботинках. Поэтому я узнал, что мои кожаные ботинки абсолютно не подходят для переправ: они пропитались водой, стали весить килограмма по два каждый, и до вечера я шёл с большим трудом, сбив ноги в кровь.

Из интересного — проходили через золотоносную реку, я попытался мыть золото. Мыть не получилось: река несёт огромное количество слюды, и отмыть шихту настолько, чтобы она не искрилась бесчисленными жёлтыми чешуйками, я не смог.

Плюс зашли в заброшенные медные штольни — посмотрели на ржавые сталактиты («сидерит», определил Саша), на оранжевую воду, на железные детали, за несколько десятилетий растворённые ядовитыми водами почти насквозь, на остатки медной руды и на синие высолы медного купороса на стенах. Я, к сожалению, был сильно уставший, и прошёл только одну штольню из двух. Во второй, по рассказам, было даже лучше — но уж больно много воды на дне.


Кусок сидеритового натёка.

А вообще — день жутко тупой, почти всё время мы шли под рюкзаками по хорошей дороге из одного села, из которого нас может забрать машина, в другое село, из которого нас может забрать машина, прижимаясь к обочине и пропуская поток машин, и отказываясь от предложений подвезти. Мы спортсмены и мы должны идти!

9 мая.

Утром дошли до заказанной нами машины и приехали в Краснодар. Забежал к НТФСу, потом, ради интереса, поехал в Москву через BlaBlaCar. Доехал, только оказалось, что машина едет не через Краснодар, а через деревню в сотне километров от него — пришлось туда добираться на электричке, и до двух часов ночи сидеть в пустом здании вокзала, надеясь, что водитель на меня не забьёт. Не забил.

Всё.


 

К остальным Запискам Дилетанта.

Мои контакты

ABOUT

Оставить комментарий в гостевой книге.

Подписаться на RSS каналл.

Главная страница.

Использование информации с сайта приветствуется при сохранении ссылки на первоисточник. :-).

Счётчик посещений:

85

Яндекс.Метрика